Сфинга

Крылатый монстр с телом льва и человеческой головой

  • Мария Ненахова

Сфинкс. Мрамор. Ок. 560 до н.э. Национальный археологический музей Дельф. Фото Д.С. Ненахова

Сфинкс/Сфинга (др. греч. Σφίγξ, Σφιγγός) у древних греков – крылатый монстр с телом льва и человеческой головой.

Ранние греческие сфинксы (например, так называемый наксосский сфинкс в музее Дельф) скорее андрогинны, однако со временем, начиная с конца архаики и в последующие периоды, греческие сфинксы обычно наделялись женскими чертами. В древнегреческом языке также этого монстра именуют в женском роде – «сфинга».

Этимология имени не вполне ясна. Возможно, греки исказили египетское слово "šsp-Ꜥnḫ" («шесеп анх», «живой образ»), которым обозначались статуи, преимущественно царские (частным вариантом которых могли быть и сфинксы).

С другой стороны, в древнегреческом языке есть глагол σφίγγω, который означает «сжимать», «стягивать», «душить». Возможно, древние греки по созвучию соотнесли этот корень с малопонятным египетским словом – или же произвели от него имя одного из самых опасных античных монстров.

Андрогин

мифологическое существо, соединяющее в себе мужские и женские признаки
Архаика
т.н. «архаический период» в истории и искусстве Древней Греции датируется ориентировочно 750-480 гг. до н.э.

Родословная нашего монстра загадочна. Павсаний, например, «очеловечивая» Сфингу, предлагает считать ее дочерью фиванского царя Лая, которая убивала претендентов на трон отца:

Говорят также, что она является побочной дочерью Лая и что Лай из-за любви к ней сообщил ей тайну изречения дельфийского бога, данного Кадму. Кроме царей, никто не знал этого вещания.

Paus. IX, 26, 2. Пер. С.П. Кондратьева


Однако, согласно более древней традиции Сфинга – дочь Химеры и пса Орфа, единокровная сестра Немейского льва (Hes. Theog. 326-327); или же она – дочь Ехидны и Тифона (Apollod. 3.5.8), породивших Цербера и Химеру. Глядя на этот перечень возможных родственников, нельзя не вспомнить короля из «Обыкновенного чуда» Евгения Шварца: «Я вместе с фамильными драгоценностями унаследовал все подлые фамильные черты».

Павсаний

Древнегреческий писатель II в., автор знаменитого труда «Описание Эллады»
Химера –
в древнегреческой мифологии существо с телом льва, с головами льва и козы и хвостом в виде змеи, порождение Тифона и Ехидны
Орф –
чудовище в древнегреческой мифологии, пес с двумя головами, порождение Тифона и Ехидны
Немейский лев –
в древнегреческой мифологии огромный лев с непробиваемой оружием шкурой, опустошавший окрестности Немеи. Избавление от него людей стало первым из подвигов Геракла.
Ехидна –
чудовище в древнегреческой мифологии в виде гигантской полуженщины- полузмеи, сестра и жена Тифона, мать многих мифологических чудовищ
Тифон –
в древнегреческой мифологии могучий великан, сын Геи и Тартара, бросивший вызов самому Зевсу и с трудом им побежденный. Отец многих мифологических чудовищ

Действительно, в греческую мифологию Сфинга вошла как безжалостная убийца, погубившая немало путников. Об этом рассказывает знаменитая беотийская легенда о царе Эдипе (других мифов с ее участием мы не знаем). Сфинга была послана богами в Фивы как проклятие, в наказание за преступление царя Лая, отца Эдипа: он похитил у Пелопса сына, прельстившись красотой юноши, отплатив страшной неблагодарностью за гостеприимство.

Сфинга знала особую загадку, которую она загадывала путникам:
«Какое существо, имея один и тот же голос, становится поочередно четырехногим, двуногим и трехногим?» После того как оракул предсказал фиванцам, что они только тогда избавятся от Сфинги, когда разгадают загадку, многие приходили к этой горе, пытаясь разгадать смысл загадки; когда они не могли этого сделать, Сфинга, схватив одного из них, пожирала.

Apollod. 3.5.8. Пер. В. Г. Боруховича

Эта загадка известна абсолютно всем, равно как и ответ на нее – «человек: ибо в детстве он ползает на четырех конечностях, когда становится взрослым, он ходит на двух ногах, а в старости он берет в качестве третьей опоры палку» (Apollod. 3.5.8). Однако эта «детская» загадка имеет серьезный смысл. Неслучайно Павсаний называет ее «божьим словом», исходящим от дельфийского бога – то есть Аполлона, а Аполлодор упоминает, что Сфинга узнала ее от Муз.


В этой загадке речь идет о человеческой природе, о самом человеке, который подвержен неумолимому действию времени – он рождается, взрослеет, стареет и умирает. Именно это отличает людей от богов. Люди, не умеющие отгадать загадку, ничего не знают о своей природе. Как известно, Эдипу удалось ответить на вопрос Сфинги, после чего та бросилась в пропасть. Павсаний, кстати, уточняет, что это произошло не из-за того, что герой был умен или хитер, а потому, что он получил во сне «откровение и истолкование божьего слова». Но даже это не уберегло победителя Сфинги от трагических злоключений – его история легла в основу драматических произведений V в. до н.э. и по сей день разыгрывается на театральных подмостках.

Эдип и Сфинга

Краснофигурный килик. Ок. 470 г. до н.э. Музеи Ватикана, Рим

Фото: wikipedia.org

Сфинга

Часть погребальной стелы. Мрамор. 570-550 гг. до н.э.

Национальный Археологический музей, Афины.

Фото автора

Образ сфинкса проник в греческое искусство вместе с другими ближневосточными миксоморфами в период ранней архаики. Можно было бы предположить связь между египетским сфинксом и древнегреческой сфингой. Однако иконографически между ними существуют заметные различия. В Древнем Египте это образ маскулинного бескрылого существа – льва с человеческой головой (и не просто человеческой, но с головой царя), представленного в лежачей позе и смотрящего прямо перед собой.

Большой Сфинкс

IV династия. Середина III тыс. до н.э. Гиза. Египет

Фото автора

Сфинкс Аменемхета III

XII династия. Начало II тыс. до н.э. Каирский музей. Египет

Фото автора


В Греции же сфинксов иногда тоже изображали лежащими, но гораздо чаще сидящими, развернутыми к зрителю боком, так, чтобы хорошо был виден силуэт поджарого кошачьего тела. Верхняя часть торса чудовища определенно женская – мастера изображали обнаженную грудь и красивую женскую голову. Еще одна отличительная особенность – роскошные, как правило, загнутые вверх крылья с разноцветным оперением. Весь этот набор черт закрепился и в литературных описаниях монстра: по словам Аполлодора, сфинга «имела лицо женщины, грудь, лапы и хвост льва, а крылья птицы» (Apollod. 3.5.8).
Истоки такой иконографии, несомненно, стоит искать за пределами Египта – в искусстве Малой Азии, Месопотамии и стран Леванта. В Хаттусе, столице царства хеттов в центральной Анатолии, вход в верхний город украшали и защищали две фигуры крылатых сфинксоподобных существ. Скульптура шагающего крылатого сфинкса с инкрустированными глазами и по сей день остается in situ на входе в сиро-хеттскую крепость в Каратепе, датируемую ориентировочно VIII в. до н.э. Ее стены, возведенные из сырцового кирпича, не сохранилась, но Южные и Северные ворота были укреплены базальтовыми ортостатами и плитами с рельефами, дошедшими до наших дней.

Хаттуса (совр. дер. Богазкале, Турция)

столица Хеттского царства в Малой Азии (II тыс. до н.э.)
Образ крылатого сфинкса, причем – женского, был популярен и на территории Леванта. Чаще всего такие изображения встречаются на костяных предметах. Они создавались уже в эпоху поздней бронзы, то есть их можно считать современниками сфинксов из Хаттусы. Подобные пластинки мы находим и в первых веках I тыс. до н.э. в сиро-финикийских мастерских. Хотя стилистику этих произведений можно назвать «египтизирующей», иконография характерна скорее для местной художественной традиции.
Изображения прекрасных и одновременно устрашающих сфинг стали неотъемлемой частью античного искусства, зачастую вне всякой связи с мифом об Эдипе (хотя «иллюстрации» именно этой истории мы находим в греческой вазописи). В эпоху архаики грациозные и страшные девы-миксоморфы венчали погребальные стелы и украшали саркофаги или гробницы, выступая в роли демонического стража на рубеже двух миров – живых и мертвых. В роли охранников или защитников сфинги-акротерии стали появляться как часть архитектурного декора на крышах храмов. В качестве вотивных (принесенных божеству) даров их помещали на высокие постаменты в виде колонн в разных греческих святилищах.

Акротерии

скульптурная часть архитектурного декора здания, располагалась на крыше, чаще всего на углах фронтона

Сфинга

Клазоменский саркофаг, VI в. до н.э.

Археологический музей, Родос, Греция

Фото автора

Сфинга

V в. до н.э. Археологический музей. Эгина, Греция.

Фото Д.С. Ненахова

В классическую эпоху образы терзаемых сфингами фиванских юношей были представлены на ножках трона статуи Зевса Олимпийского Фидия (Paus. V, 11, 2), одного из чудес света. Сочетая в декоре трона эти сцены с сюжетом гибели детей Ниобы от стрел Аполлона и Артемиды, мастер подчеркивал всю ту же дистанцию между человеком и богом, и то суровое наказание, которое может последовать за попытку пересечь меру положенного или бросить вызов богам.


Сфинга и фиванский юноша

Реконструкция на основе фрагментов мраморной скульптурной группы. Музей Эфеса. Вена, Австрия

Статуя Зевса Олимпийского
знаменитое произведение древнегреческого скульптора Фидия (ок. 490-430), созданное для храма Зевса в Олимпии. Статуя была выполнена из золота и слоновой кости (хрисоэлефантинная техника). Одно из ныне утраченных чудес света.
Ниоба
фиванская царица, имевшая много сыновей и дочерей, чем похвасталась и оскорбила Лето, мать только двоих детей - Артемиды и Аполлона. За свою гордыню царица была наказана смертью всех своих детей, которых разгневанные боги пронзили стрелами.

Много изображений сфинг (одиночных или включенных в мифологические сцены) мы находим также на керамических расписных сосудах и чашах, как правило, составлявших часть погребального инвентаря.


Прекрасна сфинга-лекиф из Государственного Эрмитажа – время сохранило ее роскошный головной убор, золотые локоны и легкий румянец. Но пусть не обманывает зрителя нежный образ – в античности он всегда был тесно связан со смертью и загробным миром.


Аттический лекиф в виде сфинги

Фанагория. Нач. IV в. до н.э. Государственный Эрмитаж. Санкт-Петербург. Фото: Д.С. Ненахов



LIMC VIII/1 Sphinx

Павсаний. Описание Эллады / Перевод и примечания С.П. Кондратьева. В 2 т. - М.: АСТ, 2002